Федор Терентьев

Просмотров: 1791
Федор Терентьев


В тот вечер Федор долго не мог заснуть. Кажется, такого с ним не случалось за все годы спортивной жизни — оч приучил себя засыпать и просыпаться точно в нужное время. Правда, уходящий день, 4 февраля 1956 года, был особым — впервые выступая на зимних Олимпийских играх, советские лыжники победили в эстафетной гонке. И успех команды в решающей степени обеспечил именно он, Федор Терентьев. В этот день ему исполнился тридцать один год. Золотая олимпийская медаль — может ли быть для спортсмена лучший подарок?
Снова и снова перед его взором, как в бесконечно повторяющихся кинокадрах, возникала разноцветная цепочка стартующих гонщиков, тот самый злополучный мостик, который едва не подвел нашу команду, затем затяжной подъем, где Федор обходил одного за другим соперников, наконец, четвертый километр дистанции, где он возглавил гонку...
Теперь можно немного расслабиться, подумать о чем-то другом. Как обрадуются, когда узнают о его победе, братья, сестры и, конечно, мама, Евдокия Федоровна. Правда, вслух она об этом не скажет — не принято в семье Терентьевых шумно выражать свои чувства, хотя украдкой, может, и смахнет нечаянную слезу радости. И как жаль, что не дожил до этого дня отец...



Карелия. Край дремучих вековых лесов, непроходимых топей. Названия мест, от которых веет древними былинами и легендами: Онего, Калевала, Кереть... Край строгой суровой северной красоты. Одно из самых крупных карельских озер — Сегозеро. На его западном берегу раскинулось большое село Паданы. В шести километрах от него среди гор, густо поросших лесом, затерялась деревушка — всего двадцать восемь изб — с уныло-печальным названием Погост. Там 4 февраля 1925 года в большой крестьянской семье Терентьевых родился сын, которого назвали Федором.


Нелегок труд крестьянина в этих краях. И не только потому, что земля не очень плодородная. Ее ведь еще надо отвоевать у леса, очистить от валунов и камней, которых здесь великое множество. И все же люди издавна сеяли здесь рожь и ячмень, хотя эти культуры не всегда успевали вызревать за короткое северное лето, "сажали картошку. Помогали прожить леса и озера — зверя и рыбы было в достатке, детом заготавливали грибы и ягоды.
Отец Федора — Михаил Михайлович — брался за любую работу, почти каждую зиму уходил на лесозаготовки, возил на лошади грузы — каждый рубль в такой большой семье лишним никогда не был. Когда создали колхоз, Михаил Михайлович работал бригадиром, после войны — конюхом.
Сколько Федор помнил маму, праздной он никогда ее пе видел. Работала Евдокия Федоровна дояркой на ферме, вставала до рассвета, много хлопотала пр дому. С самых малых лет Евдокия Федоровна и ребят своих к труду приучала. И полы мыть, и сено косить, и пахать, и дрова заготавливать — все умели делать дети Терентьевых. Старшая сестра Мария за малышами приглядывала. «Яслей и детского сада у нас ведь не было, — вспоминает Мария Михайловна. — Наши младшие — Коля, Федя, Паня и Феня, — можно сказать, у меня на руках выросли. А как чуть постарше стали, то вместе рыбачить отправлялись. Это для нас всегда было праздником. Однажды летом из деревни много рыбаков на озеро вышло — погода стояла теплая, и рыба хорошо ловилась. Решили отправиться и мы, Коля, Федя й я. Лодка у нас была крепкая, с двумя парами весел. Я могла грести сразу двумя, а Федя и Коля по одному веслу взяли. Рыбы наловили много, вечером спать улеглись, а когда проснулись, оказалось, что все уехали (мы в стороне ночевать устроились). Только тронулись домой — задул встречный ветер, да все сильнее, волны крутые пошли. А до дома примерно шесть километров. Я тогда сильно напугалась, а Федя говорит: «Ничего, Маша, выберемся». До крови тогда руки стерли, но выгребли к берегу, а потом вдоль него и домой добрались. Не испугались мои ребята, а ведь совсем еще маленькие были...»
А в мае отправлялись в лес лето встречать. Евдокия Федоровна приготовит тесто, даст немного масла, вот ребята и пекут блины на костре.
Зимой все вставали на лыжи. Школа на другом берегу озера, в обход идти далеко. Поэтому как только озеро застывало, так шли на лыжах напрямик. И в магазин на лыжах, и в клуб, даже санки с ушатом воды и то на лы~ ясах возили. Лыжи были самодельные — дедушка их вырезал.
Очень любили братья Терентьевы кататься на лыжах с гор — их много кругом, и все они самой разной высоты. Набив поначалу немало синяков и шишек, научились лихо съезжать вниз по крутым склонам, особенно Федор и Николай. А за братьями, глядишь, и Паня карабкается на вершину. Сначала прогоняли ее братья — не девчоночье это дело, но потом убедились, что не так уж она им уступает. Не думал тогда Федор Терентьев, разрисовывая горные .склоны следами лыж, что это умение очень ему пригодится в будущем.

Летом на смену лыжам приходил велосипед. Правда, в доме он был всего один. И пользовались им строго по очереди. А уж берегли как!
Выносливость, сила, решительность — все это у Федора Терентьева с детских лет. А когда подрос, пошел подручным кузнеца работать, еще крепче стал.
...Девять детей выросли в дружной и трудолюбивой семье карельского крестьянина. Три старших брата сражались на фронтах Великой Отечественной войны, двое из них — Константин и Иван — не вернулись. Самый старший, Василий Михайлович, работал и на Дальнем Востоке, и у себя в родных краях, в Паданах, в сплавной конторе, а затем в леспромхозе. В молодости увлекался легкой атлетикой — неплохо метал диск и копье. Мария Михайловна окончила Ленинградский сельскохозяйственный институт, трудилась в Сибири, потом вернулась в Карелию и двадцать один год работала на Кондопожской птицеферме начальником отделения и главным экономистом. В институте, а еще раньше в Петрозаводском сельскохозяйственном техникуме, выступала в лыжных гонках.
Очень перспективной спортсменкой-лыжницей была Анна Михайловна, по профессии медицинская сестра. Во время войны в Сибири, участвуя в молодежных соревнованиях, она не раз побеждала, была даже призером всесоюзных соревнований сельской молодежи.
Николай Михайлович живет в Паданах, работает слесарем в леспромхозе. Раньше он занимался толканием ядра и метанием диска. В родном селе осталась и Прасковья Михайловна, продавец местного магазина. В свое время она также была отличной спортсменкой — в 1947 году стала абсолютной чемпионкой Народного лыжного праздника Карелии среди девушек. Наконец, младшая сестра Федосья Михайловна, медицинская сестра, выступала на республиканских соревнованиях по лыжам, прыгала в длину, метала гранату

...В 1944 году Николая призвали в армию. Тогда же Федор обратился к отцу и матери:
— Я тоже пойду вместе с Колей. Добровольцем.
На следующий день Федор Терентьев подал заявление в военкомат. Служить его направили в Заполярье. Там, в Мурманске, он впервые встретился с настоящим спортом. Встретился, чтобы уже не расставаться до конца жизни.
...Один за другим уходили со старта бойцы — шло первенство соединения по лыжам. Здесь были свои признанные фавориты, уже несколько лет занимавшиеся лыжным спортом, выигравшие не одну гонку. Но лучшее время показал никому не известный Федор Терентьев. А дальше — больше: попав на окружные соревнования, Терентьев и там занял первое место в лыжных гонках, а потом выиграл и гонку велосипедную...
В 1945 году его направили в Свердловск на сборы сильнейших армейских лыжников.

Здесь Федор Терентьев встретился с Андреем Алексеевичем Карповым...
Многие годы Карпов входил в десятку сильнейших гонщиков страны. За спортивные успехи ему присвоено звание заслуженного мастера спорта. А за достижения в области тренерско-педагогической деятельности он одним из первых в стране был удостоен звания заслуженного тренера СССР, награжден несколькими орденами и медалями.
— Вы обратили внимание, как бежит вот тот здоровяк? — спросил кто-то в группе тренеров, стоявших у финиша. Карпов молча кивнул головой: он давно присматривался к рослому плечистому парню, к его своеобразному стилю.
— У Терентьева был мягкий, эластичный ход, — рассказывает Андрей Алексеевич, — близкий к финской манере бега. В то время у нас так не бежали. В последующие годы по стилю к Терентьеву, пожалуй, был наиболее близок Вячеслав Веденин. И кроме того, в Федоре сразу угадывалась огромная сила воли.

Федор Терентьев



В 1947 году Терентьева перевели служить в Москву и включили в команду велогонщиков ВВС. Осенью оп вошел в состав команды лыжников-армейцев, его тренером стал Карпов.
...Был в подмосковном городе Бабушкине, ставшем теперь одним из районов Москвы, аккуратный одноэтажный домик с небольшим садом. Этот дом хорошо знали все армейские лыжники: в нем жила семья Карпова.
— Андрея Алексеевича мы считали своим вторым отцом, — вспоминает неоднократный в прошлом чемпион СССР мастер спорта Геннадий Ваганов. — Ребята месяцами там жили. Ведь все мы были надолго оторваны от своих родных, а там, в семье Карпова, находили сердечное тепло и домашний уют. И больше всех «прижился» там Федор Терентьев.
— И мы считали Федю своим сыном, — говорит Валентина Ефимовна Карпова. — До чего же он был трудолюбив. Минуты без дела посидеть не мог. То встанет раньше всех — а мы и так поднимались очень рано, прямо как в деревне — и, глядишь, уже что-то подправил, починил. Помню, как-то пригласили мы мастера крышу перекрыть. Долго он возился, и все у него не получалось с раскройкой железа. Тут Федор приехал, походил, посмотрел, взялся за дело, и вдвоем они за час управились. Сети любил плести для рыбалки. Все умел делать, золотые были у него Руки.

Наверное, многие москвичи — любители спорта старшего поколения — помнят, что в центре столичцого парка Сокольники был стадион ЦДКА. В общем-то он не был рассчитан на большие соревнования. Только в 1944 году, когда разыгрывался чемпионат Москвы по футболу, здесь было проведено несколько матчей.
Удивительно домашним и уютным был этот стадион. Именно там начинали свою предсезонную тренировку армейские лыжники.
— Построились! Напра-во! — звучала команда Карпова. — Бегом, марш!
...Их было человек пятьдесят. Федор Терентьев, впервые пришедший на лыжную тренировку, бежал последним. Спортсмены цепочкой пересекли парк, выбежали на широкую лесную тропу.
— А теперь прибавим! — это снова голос Карпова. Бег ускорился, новая команда: — Еще быстрей!
Для Федора все было необычно. Он не боялся кроссов, больше того, за время службы на Севере привык приходить первым. И лыжником себя он считал опытным — не раз выигрывал соревнования в Петрозаводске, да и сам по себе первый разряд тоже что-то значит. И казалось ему: «Ну, подумаешь, темп!»
Давно позади осталась Москва.
— Теперь спокойней! — донеслось спереди. В легком размеренном ритме прошли километра два. И вдруг: — Ускорение! — Вот тут-то и почувствовал Федор, что, несмотря на всю свою выносливость, дыхание начинает сбиваться. А остальные, как будто железные, бегут себе и бегут.
— Ну, новичок, давай знакомиться, — сказал как ни в чем це бывало Карпов, когда группа наконец остановилась в небольшой деревушке. — Как себя чувствуешь? Знаешь, сколько мы прошли? На этот раз немного — всего пятнадцать километров. Деревня эта называется Абрамцево, отдохнем немного и обратно, в Сокольники.
Федор оторопел, когда тренер начал знакомить его со спортсменами, бежавшими впереди: Булочкин, Протасов, Николаев, Володин... Георгий Иванович Булочкин, носивший уже тогда звание заслуженного мастера спорта, гремел еще до войны. Очень известным гонщиком был и Михаил Алексеевич Протасов. Даже в глухую карельскую деревню доходили вести об их победах.

Среди более молодых Терентьев еще на стадионе заприметил рослого парня.
— А вы ведь почти земляки, — сказал Карпов. Так достоялась встреча Терентьева и Оляшева — спортсменов, которым в будущем суждено было стать большими друзьями в жизни и непримиримыми соперниками на лыжне.
Владимир Оляшев был родом из Архангельской области. Служил на флоте, воевал в сорок пятом на Дальнем Востоке. И здорово воевал — орден Красного Знамени и боевые медали за так не дают. А в детстве тоже на лыжах бегал. Спортом настоящим на флоте стал заниматься. В общем проникся Терентьев к Владимиру глубоким уважением и решил тянуться за новым другом.
Так и пошло — идут по лыжне два крепко сбитых спортсмена: Оляшев — впереди, Терентьев — сзади. Пройдут километров двадцать.
— Теперь ты лидируй, — скажет другу Владимир.
— Да ладно, Володя, — по-карельски окая, ответит Федор. — Ты же сильней меня, вот и веди...
— Ничего, ничего, Федя, ты тоже должен научиться быть первым, давай выходи вперед.
Короток в те годы был лыжный сезон — растаял снег, и суши лыжи. Конечно, будут другие виды тренировок, но это все не то, вроде бы спортсмены обезножены... А вот у Терентьева было другое «то» — пришла весна, и уже ждет его велосипед. Он ведь член команды ВВС. Укатывал в апреле на юг, на сборы, на соревнования. И снова появлялся в лыжной дружине армейцев уже в октябре.
В чемпионате страны 1948 года Федор был восьмым во всех гонках. — на 18 (до пятьдесят шестого года у нас лыжники бежали именно эту дистанцию, а не 15, как потом), 30 и 50 километров. Оляшев выиграл тридцатку и был вторым на восемнадцати.
То же повторилось и на следующий год — Федору удалось занять 8-е место в гонке на 18 километров, а Оля-1пев в ней победил, и проиграл ему Терентьев около четырех минут.
В пятидесятом году начали говорить об «эре Оляшева» в лыжном спорте — Владимир выиграл и 30 и 50 километров. Федор снова был восьмым в гонке на 18 и пятым на 30-километровой дистанции.
— Что же, Федя, все правильно, — сказал ему Кар-Цов, когда в команде подводились итоги чемпионата. — Сейчас ты слабее Володи. И мне думается, прежде всего потому, что двумя видами спорта одновременно заниматься на высшем уровне нельзя.
И Терентьев решил окончательно расстаться с велосипедом. Теперь он уже и летом вместе с товарищами готовился к зимнему сезону. Карпов любил проводить разнообразные тренировки. Кроссы — это обязательная часть программы подготовки.
В самый разгар лета москвичи с удивлением видели, как на Ленинских горах спортсмены в легких тренировочных костюмах бегут, отталкиваясь лыжными палками. А потом вниз, к Москве-реке, там была водная база ЦДКА. Садятся в скифы-восьмерки и часа два вверх-вниз по течению. На стадионе в баскетбол играли, правда, не в обычный, а в свой, «лыжный». Разрешалось и пробежки делать, и вести мяч двумя руками, и, обхватив соперника за пояс, уложить на землю.
Или сядут на велосипеды и махнут за 120 километров в Александров, где тогда жили родители Андрея Алексеевича. Там всегда их встречали гостеприимно: накормят, уложат спать, а утром назад, в Москву.
Атмосфера дружбы, взаимной помощи сплачивала коллектив, помогала спортсменам осознать, что выступают они не только за себя, но прежде всего за армейскую команду. И еще говорил Карпов, что «не спортом единым жив человек». Да, времени мало — служба, тренировки, соревнования. И все же выдастся свободный час — почитай новую книгу, сходи в театр, музей. Все вместе они ходили в Третьяковскую галерею, в Музей Советской Армии. А бывали в Ленинграде, обязательно в Эрмитаж, Русский музей, Петродворец.
Конечно, эти походы, беседы на спортивные результаты впрямую не влияли, но они формировали характер, личность, расширяли кругозор. И наверное, все это сыграло не последнюю роль в том, что все ведущие армейские лыжники того времени, завершив выступления на больших соревнованиях, получили образование, стали тренерами, спортивными работниками, специалистами высокой квалификации.

С 1957 года стали регулярно проводиться соревнования в гонке патрулей между лыжниками Советской Армии и Оборонительных сил Финляндии. В одном году у нас (чаще всего в Мурманске), в следующем — у финских друзей. Что такое гонка патрулей? В каждую команду входят «офицер», «сержант» и двое «рядовых». У «офицера» — пистолет, у остальных — винтовки. Кроме того, на каждую команду дается 24 килограмма груза в рюкзаках (обычно в них насыпают песок). Дистанция 25 километров, где-то на семнадцатом-восемнадцатом километре установлены щиты с пятью мишенями на каждом. По пять выстрелов делают «сержант» и «солдаты». За каждый промах добавляются две минуты. Разрешается оказывать помощь друг другу, а вот лыжи не заменяются, так что нужно быть осторожным — поломка грозит поражением команды.
Мурманскую трассу легкой не назовешь: лыжня проходит по сильно пересеченной местности, то взбираясь на холмы, поросшие кустарником, то ныряя в глубокие лощины. Да и ветры здесь сильные, а любой лыжник знает, что такое идти при встречном морозном ветре, который слепит, сбивает дыхание, обжигает.
...Терентьев, он «офицер» и возглавляет команду, внимательно осмотрел снаряжение своих товарищей. Все опытные гонщики, мастера спорта — Виктор Бутаков, Константин Кувыркин и Валентин Пшеницын (он стал впоследствии известным биатлонистом, заслуженным мастером спорта).
— Вот что, ребята, — сказал Федор. — Я возьму восемь килограммов. У вас большого опыта в патрульных гонках нет, а знаете, это ведь совсем друго.е дело — идти с грузом. Да, на пятнадцатом километре есть такой противный тягун. Рассчитайте силы. Если его пройдем хорошо, дальше будет легче. Ведь вам еще стрелять надо.
...Четверка лыжников растянулась на трассе. Впереди широким шагом, накатисто идет Терентьев. Он задает темп. Можно было бы прибавить скорость, да выдержат ли ребята?
Пока все благополучно — прошли два крутых спуска. Вот уже и половина дистанции позади. Но как раз впереди тот злополучный тягун. И как только они приблизились к нему, налетел снежный вихрь. Даже могучему Терентьеву идти стало тяжело. На середине подъема Федор оглянулся. Сзади, жадно хватая ртом воздух, шел Бутаков, за ним Пшеницын, видно было, что силы у них на пределе.
— Остановитесь! — крикнул Федор. Лыжники обессиленно замерли, опираясь на палки. — Снимайте винтовки! Я понесу! — Ребята молча протянули ему оружие.
Казалось, что такое никому не под силу. Терентьев смог. Он шел и шел, словно не ощущая тяжести, не ведая усталости.
■— У нас слов не нашлось, чтобы выразить ему благодарность, да в тот момент и не до того было. Он буквально тащил нас за собой, — рассказывает Валентин Николаевич Пшеницын. — И мы не отстали. Просто не могли, не имели права отстать. И выиграли у финнов гонку благодаря мужеству Федора Михайловича. Это был великий спортсмен и в то же время очень чуткий и отзывчивый человек, всегда готовый помочь. Когда я пришел в армейскую команду, Терентьев был уже знаменитым. Но как же он возился с нами, с «зелеными»! Показывал, как ставить крепления, учил смазывать лыжи, И воспитывал, да, да, воспитывал нас собственным примером — чувством высокой ответственности за команду, неукротимой волей к победе. Он недолюбливал отборочные соревнования, прикидки. Но зато к главным, решающим стартам подходил в прекрасной форме.

Итак, Терентьев сделал окончательный выбор. Лыжная специализация, усиленные тренировки начали сказываться на результатах.
В 1951 году Федор становится третьим в гонках на 18 и 30 километров, а когда два года спустя в виде эксперимента для мужчин-лыжников была введена дистанция 10 километров, он неожиданно для всех стал победителем. Неожиданно потому, что, как считалось, его коронными дистанциями были стайерские. Так впервые Терентьев стал чемпионом страны. Однако его «звездный» час наступил в следующем сезоне.
Зима 1954 года для советских лыжников была особой — впервые они принимали участие в первенстве мира, которое проводилось в феврале в шведском городе Фалуне. Вместе с товарищами по сборной страны — В. Кузиным, П. Колчиным, А. Кузнецовым, В. Оляшевым, А. Бориньгм, А. Шелюхиным, В. Ерошиным — к стартам чемпионата готовился и Федор Терентьев. В тот год ему исполнялось 29 лет. Он чувствовал себя, как никогда, в хорошей форме. Все было: и тактический опыт, и отточенная техника, и сила, и выносливость. И все-таки не получилось: 9-е место в гонке на 30 километров, 6-е — на 50. А героем первенства мира стал Владимир Кузин, обыгравший на этих дистанциях мировых знаменитостей — финских гонщиков В. Хакулинена, М. Лауталу, А. Винтанена и других.
Кузин отличился и в эстафете 4X10 километров. Тогда на первом этапе советский лыжник Н. Козлов и известный финский гонщик А. Киуру, славившийся хорошими выступлениями именно в эстафете, прошли первый этап рядом — Козлов проиграл финскому спортсмену всего одну секунду. На финише второго этапа Терентьев и финн Т. Мякеля были, что называется, «лыжа в лыжу». А вот на третьем нашей команде не повезло — упал
А. Кузнецов, и не только финны ушли вперед, но и норвежцы нас обогнали. На последнем этапе знаменитый Вейко Хакулинен был уже недосягаем. Да и за норвежскую команду шел не менее известный Халлгейр Бренден, олимпийский чемпион 1952 года, который всегда отличался на спринтерских дистанциях. И все же Владимир Кузин отчаянным броском сумел достать и обойти норвежского гонщика. Советская команда буквально вырвала серебряные медали.
Всего через три недели в уральском городе Златоусте разыгрывался чемпионат страны. Это место было выбрано не случайно — в марте здесь, как правило, бывает отличный снежный покров, местность пересеченная, так что дистанцию можно выбрать любой сложности. Соревнования были весьма представительными: 450 лыжников от 22 спортивных обществ страны.

Дистанция 18 километров. Лыжня, огражденная цветными флажками, то уходит в густую чащу, то, вырвавшись из лесного плена, внезапно круто устремляется вниз, то отлого ползет вверх. Федор сразу взял высокий темп. Прошел лесную часть трассы и, не снижая скорости, помчался со склона. Вот оно, умение «стоять как гвоздь» (так говорят лыжники) на крутых спусках. Этот участок стал роковым для многих спортсменов, пытаясь тормозить «плугом», то есть составленными вместе палками, многие падали. Этой участи не избежал даже такой опытный спортсмен, как Владимир Оляшев. А Федор отрывался от соперников с каждым пройденным километром.
Как радуются все, кто зимой встает на лыжи, чтобы пройтись по лесу или заснеженному полю, подышать чистым воздухом, когда выпадает погожий, солнечный денек. А вот для спортсмена солнце опасно — начнет снег подтаивать, и скольжение меняется, нужна другая смазка для лыж. Так и получилось на второй половине дистанции — появилась «отдача», то есть при толчке лыжи стали проскальзывать назад. Но к этому моменту Терентьев уже приближался к финишу. Его время оказалось лучшим.
Утро следующего дня, когда разыгрывалось первенство на дистанции 30 километрев, было морозным и солнечным. Такая погода насторожила и спортсменов и тренеров, ведь 30 километров лыжники проходят в среднем за два часа, а в общем соревнования растянутся часа на три-четыре. За это время на открытых участках снег подтает, а в лесу он останется жестким. Вот и ломай голову, какую мазь применить: то ли рассчитывая на мороз, то ли на оттепель. Терентьев, стартовавший в 22-й паре, решил «сделать ставку» на оттепель.
Одна за другой уходят со старта пары гонщиков, скрываясь вскоре в лесу. После пяти километров судьи сообщают, что лучшее время у Владимира Оляшева, Терентьев проигрывает ему всего пять секунд. Оба лыжника идут очень сильно, особенно заметно их преимущество на подъемах. Снег там рыхлый, скольжение неважное, нужна большая физическая сила, и оба мощных армейца одного за другим обходят соперников.
Пятнадцатый километр. Крутой склон, который снова становится для многих камнем преткновения. Ломает лыжу Павел Колчин, пока заменяет, время потеряно вместе с шансами на призовое место. И снова не везет Оля-шеву — перед ним падают сразу двое гонщиков, он врезается в них, получает травму и выбывает из соревнований. Скорость гонки настолько высока, что, не выдержав темна, сходят с дистанции маститые лыжники Борин, Смирнов, Павлов.



Прекрасно идет к финишу Терентьев. По его бегу незаметно, что позади три десятка трудных километров пути с подъемами, спусками, поворотами. Его шаг внешне так же легок, как в начале дистанции. Вторая золотая медаль!
И вот наступил последний день соревнований, лыжный марафон — 50 километров. Федор стартовал в 24-й паре. Он решил сразу взять максимальную скорость и через 10 километров уже опережал ближайших конкурентов более чем на 3 минуты. Кто-то, стоящий у лыжни, даже крикнул ему: «Слишком быстро идешь!»
Нет, Федор чувствовал, что сегодня такой темп ему подвластен, сегодня в нем как бы включились резервные мощности, накопленные за долгие годы тренировок. И дышится как-то особенно легко, и скольжение прекрасное.
Хорошо идут и его товарищи по команде — П. Морозов, В. Бутаков, Н. Видинеев, В. Ерошин.
Вот опять крутой склон, который в предыдущих гонках принес столько неприятностей спортсменам. Увы, и на этот раз история повторилась. Выбывает очень сильный лыжник Анатолий Шелюхин — у него сломаны обе лыжи, а правила разрешают заменять только одну. Ломают лыжи Василий Ерошин и 'Виктор Баранов, но они продолжают гонку. Терентьев пролетает вниз, словно заправский горнолыжник. К середине дистанции он обошел всех, кто стартовал раньше его* и по-прежнему не снижает темпа. На финиш он приходит первым. В третий раз Федор становится чемпионом! До Терентьева ни одному гонщику не удавалось выиграть на чемпионатах СССР все три дистанции. Не удалось этого сделать никому и после него до сегодняшнего дня. Кстати, и время, показанное им в гонке на 50 километров, — 2 часа 56 минут 47 секунд — было лучшим за всю предыдущую историю советского лыжного спорта.
...Когда Терентьева спросили, как ему удалось так блестяще пройти последнюю дистанцию, Федор улыбнулся и оказал: «Победа нужна была не только мне, она была нужна команде». Лыжники Советской Армии заняли тогда 1-е место.

В 1956 году на VII зимние Олимпийские игры, проводившиеся в итальянском городе Кортина д’ Ампеццо, отправилась большая группа наших спортсменов — лыжников, горнолыжников, конькобежцев, хоккеистов, фигуристов.
Кортина д’Ампеццо — крохотный городок, затерявшийся в Доломитовых Альпах. В том олимпийском году он насчитывал шесть тысяч жителей, один кинотеатр, церковь с красивой башней, напоминающей миниатюрный небоскреб, и... пятьдесят один отель. Кортина д’Ампеццо — один из самых фешенебельных европейских курортов. Здесь и в обычные зимние месяцы много туристов из самых разных стран. К их услугам лыжные трассы на горных склонах, подъемники, бары и рестораны.

На предолимпийских  соревнованиях в Кортина-д'Ампеццо,	1955.  Слева направо:  A. Карпов, П. Колчин,  B. Баранов, В. Кузин,  Ф. Терентьев, Н. Козлов.На предолимпийских соревнованиях в Кортина-д'Ампеццо, 1955. Слева направо: A. Карпов, П. Колчин, B. Баранов, В. Кузин, Ф. Терентьев, Н. Козлов.


В конце января пятьдесят шестого года население города увеличилось на 24 тысячи человек. Все отели были переполнены, мест не хватало.
«Еще никогда игры не вызывали такого увлечения во всех странах, где регулярно занимаются спортом... Скандинавы, чувствуя угрозу, идущую из Москвы, удваивали усилия, чтобы зимние виды спорта оставались их «семейным делом». Эти строки из бельгийской газеты «Ле спор» показывают, с каким интересом ожидалось выступление нашей команды. Ведь это была ее первая зимняя Олимпиада!
26 января VII зимние Олимпийские игры были торжественно открыты, а уже на следующий день лыжники вышли на старт 30-жилометровой гонки.
Снежный стадион раскинулся в широкой лощине между гор. У старта сооружены две трибуны. Сейчас они заполнены пестро одетыми любителями лыжного спорта. В этом месте каждый гонщик появится несколько раз, переходя из одной петли дистанции на другую. Кстати, одной из главных проблем для хозяев Олимпиады было отсутствие... снега. Потом-то он выпал в изобилии, а перед открытием игр альпийские стрелки на грузовиках привозили снег и высыпали его на лыжные трассы.
...Жеребьевка для наших ребят была неудачной: у Ше-люхина — 7-й номер, у Колчина — 18-й, у Терентьева — 23-й, у Кузина — 45-й. Основные солерпики — швед Ернберг, финн Хакулинен, норвежец Бренден — шли сзади и легко могли рассчитывать свои силы, зная, с каким временем проходят дистанцию советские лыжники.
Старт дается в девять часов утра. Погода хоть и солнечная, но морозная. И все же перепад температур на трассе велик: на снежном стадионе минус пять, а в горах минус пятнадцать! Да еще и резкий холодный ветер.
Лыжники уходят парами с интервалом в 30 секунд. После десятого километра Вейко Хакулинен, олимпийский чемпион 1952 года в гонке на 50 километров, настигает другого олимпийского чемпиона (18 километров), норвежца Халлгейра Брендена. А ведь финский спортсмен стартовал минутой позже. Но вот на огромном световом табло около трибуны появляются цифры, и оказывается, что первую треть дистанции лучше всех прошел Сикстен Ернберг, у Хакулинена — второй результат, а третьим идет Анатолий Шелюхин. Колчин пока седьмой, а сразу за ним Кузин и Терентьев. Видимо, не подошла мазь у Брендена, норвежский гонщик, шаг которого обычно очень легок, идет тяжело. Его давно уже обогнал Хакулинен, и, видимо, поняв, что на успех рассчитывать он не может, норвежец сбавил темп.
Когда гонщики прошли перед трибунами второй раз, то лидерство уже прочно захватил Хакулинен. Финский гонщик идет мощно, лыжи у него скользят прекрасно. Ернберг теперь второй, и, к радости наших болельщиков, на 3-м месте — Колчин. Далее Шелюхин и Терентьев. Что ж, совсем неплохо!
Первым финиширует швед Ленарт Ларссон — он ушел со старта под 3-м номером. Вскоре на последнем перед стадионом склоне показывается Шелюхин. У него время лучше, чем у молодого шведского гонщика. Легко и быстро идет Колчин — он секунду выигрывает у Шелюхина. Федор Терентьев и Владимир Кузин не сумели улучшить время своих товарищей. Теперь все зависит от лидеров. Сразу за Кузиным к финишу рвется Ернберг. Пересекает финишную линию и, тяжело дыша, сразу смотрит на большой секундомер: его время 1 час 44 минуты 30 секунд. Если Хакулинен финиширует раньше, чем пройдут две минуты, разделявшие их на старте, то он победитель. Финский гонщик стремительно накатывается на финишную линию уже через 96 секунд. И если на двадцатом километре он выигрывал у шведа всего 5 секунд, то на последней трети пути прибавил к ним еще 19! Хакулинен вновь завоевал олимпийское золото. У Колчина бронзовая медаль, 4, 5 и 6-е места заняли Шелюхин, Кузин и Терентьев.
«СССР может гордиться своими результатами в этой гонке», — писала французская газета «Экип».
В соревнованиях на 15 километров Федор не участвовал. Утром 30 января он был на старте и «болел» за своих товарищей — от нашей команды выступали Колчин, Кузин и Аникин. Посмотрел, как взяли старт, и пошел к первому длинному подъему, там обосновались многие зрители — с высокого места весь Снежный стадион виден как на ладони. А пройти метров двести — и снова выходишь к лыжне, это примерно девятый километр трассы.

Оттуда и до финиша недалеко. Словом, всю гонку можно видеть.
После неудачи на тридцатке (14-е место) мало кто верил в Брендена. Поговаривали, что он долго болел, почти не выступал и сейчас не в лучшей форме. Однако в этот день норвежец доказал, что со счетов его сбрасывать рано. Уже после пяти километров Бренден опережает Кузина, на этом отрезке у него лучший результат. Его бег очень легок и элегантен. Сегодня, видно, мазь подобрана удачно — скольжение отличное. Кузин, стартовавший вслед за Хакулиненом, решает догнать олимпийского чемпиона. К восьмому километру ему это удается, но сколько сил отдано погоне! А финский гонщик, в свою очередь, делает рывок и на отметке десять километров проигрывает Кузину уже всего четыре секунды.
Прекрасно проходит подъем Колчин, сумевший очень точно построить бег. Он переходит на 2-е место. Правда, всего девять секунд отделяют его от грозного Ернберга, который по времени идет третьим.
Все решилось на последних пяти километрах. Бренден взвинчивает темп и проходит этот отрезок быстрее всех — за 14 минут 11 секунд. На 34 секунды быстрее, чем первую пятикилометровку! Результат в итоге отличный: 49 минут 39 секунд.
Досадный случай не позволил Колчину выиграть серебряную медаль. Очень хорошо пройдя подъем, на спуске он развил большую скорость, и, когда начал обходить шедшего впереди лыжника, тот нечаянно своей палкой угодил в кольцо и выбил палку у Колчина. Что делать? Остановиться и подобрать? Но это большая потеря времени. С другой стороны, с одной палкой «не повоюешь». Колчин продолжал спуск. На повороте один из зрителей (как оказалось, это был польский турист) кинул ему свою. Была она слишком длинная, работать ею было неудобно, но что делать? И финишировал Павел, проиграв Ернбергу всего три секунды!
При жеребьевке в последней гонке на 50 километров Терентьеву достался 2-й номер. У Колчина — 8-й номер, у Шелюхина — 20-й, у Баранова — 30-й. А основные соперники сзади.
День 2 февраля выдался морозным — минус 18. Трасса на этот раз была не то что сложной, а необычной - гонщикам предстояло пройти дважды две десятикилометровые и одну пятикилометровую петли.

...С первых шагов Терентьев развивает высокую скорость.
Прошло немногим более получаса. К Снежному стадиону приближается мощная фигура лыжника в красном свитере. Терентьев проходит десять километров за 34.17. Это значит, что он идет быстрее, чем шел тот же отрезок победитель гонки на 15 километров Бренден! И все же лучшие результаты у Ернберга — 33.29, Хаку-линена — 33.44 и Шелюхина — 33.52. В десятке 42-лет-пий финский гонщик Колехмайнен, Колчин, сильные финские лыжники Континен и Сивонен, швед Гран и Баранов.
И вот Терентьев снова на стадионе, это значит, позади еще одна десятка. Идет он легко, спокойно, накатисто. Как же это трудно — идти, не зная, что происходит сзади. Конечно, ему сообщают результаты соперников, но сообщают примерно через 15 минут, а за это время всякое может случиться.
К середине дистанции Сикстен Ернберг опережает Ха-кулинена на 35 секунд. На 3-м месте — Шелюхин. Федор — четвертый по времени, однако через пять километров он уже третий, темп еще более возрос. Сорок километров он проходит за 2.16.41. Он еще не знает, что почти «достал» Хакулинена — время финского гонщика всего па одну секунду лучше!
Последние десять километров. Они самые тяжелые, а тут еще почти перед самым финишем километровый подъем. Сюда и собрались многочисленные болельщики, понимающие, что этот участок может решить многое.
Первым к подъему выходит Терентьев. Чувствуется, что лидерство дается ему тяжело, шаг потерял легкость. И тем не менее последние метры подъема он не проходит, а пробегает. Там дальше уже легче — всего-то километр трассы остался, да и на пологом спуске.
Финский ветеран Колехмайнен поражает всех своим неувядаемым мастерством — весь подъем он проходит бегом! Ясно, что он претендент на одно из призовых мест.
Хакулинен, славящийся отличным финишем, взвинчивает темп. Подъем он проходит легко и устремляется к финишу. А что же Ернберг? Он стартовал на две с половиной минуты позже финна, но проходит чуть более минуты, и вот уже шведский гонщик идет в гору. Идет в своеобразной манере — мелким шагом, раскачиваясь из стороны в сторону. И шведские болельщики ликуют: всем уже ясно, что он станет победителем гонки. Время Ернберга 2 часа 50 минут 27 секунд. Хакулинен — на 2-м месте, а бронзовая медаль досталась Федору Терентьеву.

Успешно закончили бег и другие наши лыжники: Шелюхин был пятым, шестым и седьмым —■ Колчин и Баранов.
Впервые в истории международных соревнований в пятидесятикилометровой гонке было показано время меньше трех часов. Да не одним, а сразу шестью спортсменами!


4 февраля спортсмены соревновались в эстафетных гонках. Морозное, ясное утро. На первом этапе от нашей команды выступает Федор Терентьев. Накануне в отеле, когда тренеры и спортсмены «проигрывали» гонку, то есть обсуждали тактические ходы, распределяли, кто из тренеров на каких участках будет находиться во время соревнований, к Федору подошел Павел Колчин, которому предстояло идти на втором этапе:
— Ты уж, Федя, постарайся, сделай отрыв, чтобы спокойно идти можно было.
— Не беспокойся, сделаю, — ответил Терентьев. Он был уверен в себе.
Четырнадцать лыжников замерли на старте. За финскую команду выступает Август Киуру, опытный гонщик, не раз открывавший эстафету. Они с Федором давно знают друг друга, вот и только что Киуру подъехал к Терентьеву (тот свободно владел финским языком), о чем-то они поговорили, а потом заняли свои места. От норвежской команды идет Хакон Брусвеен, от шведской — восходящая звезда Ленарт Ларссон. Выстрел стартового пистолета, и все бросаются вперед. Федор, резко отталкиваясь палками, старается занять головное место.
Метрах в трехстах от старта через незамерзающую горную речку проложен довольно узкий мостик. Федор задолго до начала гонки опасался, что здесь может быть затор — ведь на трехстах метрах особенно-то не вырвешься. Так и случилось. У шедшего впереди гонщика палка попала в щель. Пока он ее выдергивал, в него врезался Терентьев, а, в свою очередь, в Федора еще несколько человек. Кто-то наехал ему па лыжу, кто-то, стараясь сохранить равновесие, взмахнул рукой и рукавицей попал ему в глаз. «И был момент, — рассказывал потом Терентьев, — когда я чуть не выронил свою палку в воду. Даже в глазах от ужаса потемнело. Стою я, прижатый к перилам, они трещат, вот-вот обломятся, а мимо меня лавина несется — скрежет, стук, топот, яростные лица, открытые рты. Ну и зрелище! Пришлось пропустить первый поток».
Вообще-то задержка длилась всего несколько секунд, но Федору они показались часами. Сразу же за мостиком начинался подъем, и он вышел к нему двенадцатым. Двенадцатым из четырнадцати!
Он перешел на вторую лыжню и одного за другим на подъеме стал обходить соперников. Нет, это не были лидеры, но к третьему километру он догнал головную группу. Вот обойдены швед, норвежец, впереди только Киуру. Федор идет вплотную за ним. Финский гонщик предлагает уступить лыжню, Федор отказывается — рано. Но вот на четвертом километре он делает рывок и начинает уходить все дальше. Киуру делает отчаянную попытку «зацепиться», но такая скорость ему не по силам. А Федор идет все быстрее и быстрее!
На втором этапе приготовились Павел Колчин и финский лыжник Картелайнен. Вдали показался красный свитер — Терентьев идет, он все ближе и ближе.
Терентьев прошел свой этап с отличным временем: 33 минуты 25 секунд — и опередил финского гонщика на полторы минуты!
Еще быстрее пробежал Колчин — на 20 секунд лучше, чем Федор. Советская команда после второго этапа оторвалась на 2 минуты 46 секунд!
При таком большом преимуществе Николаю Аникину, несмотря на то, что его соперники были очень сильные — финн Арво Винтанен и швед Пер-Эрик Ларссон, тренеры строго наказали идти свободно, сильно не начинать и, главное — не сломать лыжи. Наверняка Аникин мог бы пройти этап быстрее, но он выполнил задание. И хотя Винтанен выиграл у него около 50 секунд, сомнений в победе нашей команды не было — на последнем этапе шел опытный Владимир Кузин.

«Главной гонкой игр» назвал эстафету один из крупнейших спортивных журналов. И она завершилась блестящей победой нашей команды, вызвавшей многочисленные отклики и комментарии в зарубежной прессе.
Нельзя не сказать и о том, что на VII Белой Олимпиаде отлично выступили наши девушки-лыжницы: олимпийской чемпионкой в гонке на десять километров стала Любовь Козырева, 2-е место заняла Радья Ерошина, Алевтина Колчина была четвертой. Серебряные медали достались нашим лыжницам в эстафете 3X5 километров.
Великолепных результатов добились советские конькобежцы и хоккеисты. А всего советские спортсмены набрали 103 очка в неофициальном командном зачете — почти столько же, сколько занявшие 2-е и 3-е месга Австрия и Финляндия, вместе взятые. Такого успеха «новичка» Белые Олимпиады еще не знали.
...Они стояли на пьедестале почета, радостно улыбаясь. Они были счастливы, став чемпионами, они были горды своей победой, высоко поднявшей спортивное знамя нашей страны.
Прямо на Снежном стадионе им вручили «Золотые снежинки» — медали чемпионов мира (зимние Олимпийские игры являются одновременно и мировыми чемпионатами), а вечером в зале Ледового стадиона — золотые медали олимпийских чемпионов.
В тот же день Федор Терентьев, Павел Колчин и Николай Аникин стали заслуженными мастерами спорта. Владимир Кузин это звание уже имел.

Время после замечательной победы на Белой Олимпиаде не было для Терентьева особенно удачным. Конечно, он по-прежнему много тренируется, по-прежнему входит в сборную страны. Более того, он, самый старший по возрасту в сборной команде, продолжает выигрывать у многих молодых гонщиков. В 1957 году он второй на дистанции 30 километров, а на первенстве страны в следующем сезоне Терентьев занимает 5-е место на дистанции 15 километров и 6-е — на 50.

Федор Терентьев


Терентьев усиленно готовился к VIII зимним Олимпийским играм в американском городе Скво-Вэлли. Для того чтобы отстоять место в сборной, ему нужно было тренироваться больше, чем другим, — ведь в 1960 году ему исполнилось тридцать пять лет. Терентьев работает очень много: в программе его тренировок легкоатлетические кроссы, гребля, велосипед. А с первым снегом — гонки, гонки, гонки. И все же на Олимпиаду его не взяли.
Федор тяжело переживал это решение. Одно время даже мелькнула мысль: а не пора ли расстаться
с лыжами? Нет, он не может, просто не представляет себе, как он будет вне спорта. Его лебединая песня еще не спета...

...В ночь перед заключительной гонкой (50 километров) I зимней Спартакиады народов СССР (1962 г.) выпал свежий снег, утро выдалось морозным и солнечным. А до этого спортсменов замучила оттепель. Судейская коллегия решила начать соревнования раньше, чем обычно, — в девять часов утра.
Вместе стартовали Иван Утробин и Геннадий Ваганов, в предыдущие дни завоевавшие золотые медали спартакиады в гонках на 30 и 15 километров. А вот начали лыжный марафон тоже очень сильные и опытные гонщики, призеры 30-километровой гонки Евгений Руд-ковский и Владимир Иерусалимский. Федор Терентьев шел в паре с ленинградским лыжником Иваном Любимовым.
Первые пять километров. Утробин показывает время 19 минут 50 секунд. Всего 5 секунд проигрывают ему Ваганов и Аникин. Но что это? Первая сенсация — молодой гонщик из Башкирии Баязит Гизатуллин проходит этот отрезок быстрее всех: 19.25.
Впрочем, поначалу «возмутителя спокойствия» никто всерьез не воспринял: горячится мальчик, сил не рассчитывает, а 50 километров — это не 15. Однако на «десятке» Гизатуллин опережает идущего вторым Ваганова уже на целую минуту. Примерно в одно время с Вагановым идет целая группа — Аникин, Утробин, Алексей Кузнецов, Станислав Тихомолов, Рудковский.
Пройдены еще пять километров. Красиво идет Ваганов. На глазах у зрителей, стоящих у места старта, он обходит одного из гонщиков и легко уходит на подъем. Однако парень из Башкирии и не думает снижать темпа, теперь его отделяет от преследователей уже больше ми-путы. Такой же разрыв он сохраняет и после 20-го и после 30-го километра! Рядом идут Любимов и Терентьев, но пока они значительно отстают от лидеров.
И на 40-м километре Гизатуллин первый. Теперь все уже начинают прочить его в чемпионы, а опытные марафонцы Тихомолов и Кузнецов входят в первую пятерку. «Дуэт» Терентьев — Любимов перемещается на 6—7-е места.

Решающими стали последние пять километров. Мощный рывок делает Кузнецов и выходит на 2-е место. И тут не выдерживает Гизатуллин — все-таки как эго трудно правильно распределить свои силы на такой длинной дистанции! В итоге, лидируя 45 километров, он оказался четвертым.
Первым к финишу приходит Тихомолов. Видно, как нелегко ему достаются эти последние метры. А сзади показывается Кузнецов. Его время на 25 секунд лучше. Значит, он стал чемпионом? Нет, оказалось — поздравлять горьковчанина рано, главные события были впереди. После 45-го километра Терентьев стремительно уходит от Любимова. Его скорость становится просто фантастической, но не поздно ли? Нет, Федор рассчитал все точно. Его финиш был удивительным, он шел мощно, с какой-то яростной одержимостью. Так идут в последний бой. Уже в финишном створе он обошел лыжника, который ему безнадежно проигрывал. Время Терентьева оказалось лучшим. В тридцать семь лет он вновь доказал, что он сильнейший! Совершенно справедливо эту победу называли спортивным подвигом.
...Весной того же года они сидели в маленьком саду у Карпова под яблонями и вишнями, одетыми в белый наряд.
— Послушай, Федя, — сказал Андрей Алексеевич, — ты сколько еще выступать собираешься?
— Кажется, в Уктусе я доказал, что есть еще порох в пороховницах, — обиженно проворчал Терентьев.
— Что и говорить, доказал ты всем свою силу. Только вперед надо смотреть. Знаю, ты думаешь об Олимпиаде в Инсбруке. Но давай-ка заглянем правде в глаза: это нереально. Я не сомневаюсь — ты можешь выиграть две, три, ну четыре крупные гонки. А потом что? Будешь сползать на 9—10-е места? Много есть лыжников, для которых войти в десятку предел мечтаний. Но ты-то Терентьев! Это не для тебя, ты просто не имеешь права ронять свое имя. Ты же многого достиг: пришел перворазрядником, а сейчас заслуженный мастер, был солдатом, а стал офицером. Я считаю, что твоя последняя победа не меньше, чем золотая олимпийская медаль.

Я верю, ты станешь хорошим тренером — голова у тебя светлая, а уж об опыте и говорить не надо. Но учиться необходимо.
. Долго раздумывал Федор над словами своего тренера. Конечно, он понимал, что рано или поздно придется расставаться с большим спортом. И прав Карпов: выход одни — перейти на тренерскую работу. Осенью шестьдесят второго года старшего лейтенанта Терентьева зачислили на военный факультет Ленинградского института физической культуры имени П. Лесгафта.
Совсем это не просто после очень долгого перерыва засесть за учебники. До поздней ночи порой приходилось Терентьеву штудировать физику, химию, историю физической культуры, педагогику, анатомию и другие науки. Но недаром Федор Михайлович славился упорством — первую экзаменационную сессию он сдал успешно.
20 января 1963 года имя Федора Терентьева еще раз прозвучало по радио — диктор на соревнованиях в Кав-голове объявил, что знаменитый лыжник стал победителем в гонке на 30 километров. А вечером того же для Терентьева уже не было в живых, он трагически погиб в результате несчастного случая. Похоронили его в родных местах, которые он так любил, а через несколько месяцев рядом с ним в землю положили и Евдокию Федоровну, которая не смогла пережить смерть младшего сына.
С тех пор многое изменилось в лыжном спорте. Стали другими скорости, заблистали имена новых гонщиков. Но в истории советского спорта навсегда останутся имена тех, кто прокладывал путь к сегодняшним достижениям, кто впервые добывал олимпийское золото. И среди них одно из самых почетных мест принадлежит Федору Михайловичу Терентьеву. Он был настоящим спортивным бойцом, а бойцы остаются в строю навсегда.

О. РЯЖСКИИ
Советские олимпийцы: Сборник — М.: Мол. гвардия, 1980

Карелия СССР

  • Обратная связь
  •  

Советская Карелия

kalarokka, lyhytpajo, АКССР, Авель Енукидзе, Александровский завод, Архип Перттунен, Беломорск, Беломорско-Балтийский канал, Березин Николай Ильич, Валаам, Великая губа, Видлица, Водла, Водлозеро, Вокнаволок, Вохтозеро, Гельсингфорс, Дмитрий Бубрих, Заонежье, Иван Фёдорович Правдин, Известия Архангельского Общества изучения Русского Севера, Ипатов Василий Макарович, Ирина Андреевна Федосова, К-ФССР, КАССР, КФССР, Калевала, Калевальский район, КарЦИК, Карелгранит, Карело-Финская ССР, Карельская АССР, Карельская Трудовая Коммуна, Карельские народные сказки, Карельский фронт, Каронегсоюз, Кемь, Кереть, Кестеньга, Кижи, Киндасово, Кирьяжский погост, Колхозойн Пуолэх, Кондопога, Кончезеро, Кончезерский завод, Корельский уезд, Кюлолакшский погост, Ладожское озеро, Лесков Николай, Лопские погосты, Лососинка, Лоухский район, Маннергейм, Мариинский канал, Марциальные воды, Маршруты по Карелии, Мегрега, Медвежьегорск, Михаил Калинин, Нюхча, Обонежье, Озеро Укшезеро, Олонец, Олонецкая губерния, Олонецкие губернские ведомости, Олонецкий край, Олонецкий уезд, Онего, Онежское озеро, Пертозеро, Петр I, Петр Алексеевич Борисов, Петр Мефодиевич Зайков, Петровский завод, Петроглифы Карелии, Петрозаводск, Петрозаводский уезд, Повенец, Повенецкий уезд, Подужемье, Приладожье, Пряжа, Пряжинский район, Пудож, Пудожский район, Пудожский уезд, Рокаччу, Сердоболь, Спасская губа, Тойво Антикайнен, Топозеро, Унелма Семеновна Конкка, Ухта, Ухтинская республика, Федор Глинка, Шуньга, Шуньгский район, Шюцкор, Эдвард Гюллинг, Элиас Лённрот, Юшкозеро, Ялмари Виртанен, белофинны, бычок-подкаменщик, валун карелия, варлаам керетский, вепсы, геология карелии, гражданская война в карелии, густера, елец, ерш, знаменитые люди карелии, изучение карельского языка, интервенция в карелии, кантеле, карелиды, карелия карелы, карело-финский эпос, карелы, карельская еда, карельская изба, карельская карта, карельская кухня рецепты, карельская национальная кухня, карельская письменность, карельская свадьба, карельская частушка, карельские грамоты, карельские диалекты, карельские загадки, карельские заклинания, карельские обряды, карельские пословицы, карельские предания, карельские причитания, карельские руны, карельские сказки, карельские суеверия, карельские традиции, карельские частушки, карельский крест, карельский фольклор, карельский язык, карельское поморье, кареляки, кемский уезд, коллективизация 1930, колюшка, корела, корюшка, лещ, ливвики, лопари, лосось, луда, людики, монастыри карелии, мурманская железная дорога, налим, наука карелия, одежда карел, озера Карелии, окунь, олонецкие заводы, олонецкий район, палия, плакальщица, плотва, поморы, причеть, раскулачивание 30 годов, река Суна, река Шуя, рекрутская песня, рунопевец, рунопевцы, русский фарфор, рыба в карелии, ряпушка, саамы, сиг, словарь карельского языка, староверы и старообрядцы, старокарельское блюдо, судак, сямозеро, туристические маршруты по карелии, уклея, финно угорские языки, финны, финская интервенция, финская оккупация, хариус, чудь, шунгит карелия, щука, язь, ёйги

Показать все теги

Популярное