Мобилизация сил народа Карелии на борьбу с финской интервенцией

Просмотров: 105
Белофинское вторжение в Карелию вызвало огромное возмущение трудящихся Карелии, едва только приступивших к восстановлению своего разрушенного хозяйства.

19 ноября 1921 г. Исполком Карельской Трудовой Коммуны обратился к населению с воззванием, в котором разоблачал провокацию белобандитов и призывал трудящихся Карелии к отпору врагу.

В течение ноября — декабря 1921 г. и в январе 1922 г. во всех деревнях, селах и городах Советской Карелии состоялись многочисленные митинги протеста против белофинской провокации. Редакции советских газет получали сотни писем с требованием дать жестокий отпор захватчикам. Карельский народ поднимался на защиту своей советской родины.


Трудящиеся Александра-Свирска писали в своей резолюции: «Карельский народ получил от Российской Республики полную автономию, благодаря которой он сможет поднять свое хозяйственное благополучие, а потому мы решительно протестуем против присоединения Карелии к буржуазной Финляндии и просим рабоче-крестьянское правительство России принять все меры к тому, чтобы помешать порабощению Карельского трудового народа и ликвидировать окончательно деятельность [73] белофинских банд, орудующих в Карелии под покровительством финляндского правительства»{90}.

«Все, как один, — говорилось в резолюции слушателей карельского сельскохозяйственного техникума, — протестуем против притязаний финского правительства присоединить Карелию к Финляндии... Нам памятны зверства налетчиков-бандитов и быть вместе с ними мы не хотим»{91}. «Не желаем присоединяться к финской буржуазии, которая хочет нас закабалить и ездить на нашей шее»{92}, — заявляли рабочие и служащие станции Свирь.

Особенное возмущение трудящихся Карелии вызвало обращение белофиннов к Лиге наций с просьбой о «защите» «угнетенных карел». На общегородском митинге граждан Петрозаводска была принята резолюция, в которой говорилось: «Всякую попытку решить вопрос о Советской Карелии в Лиге наций рассматриваем как недопустимое издевательство над волей и желаниями свободного карельского народа, а решения этой Лиги — как разбойничье вмешательство во внутреннюю жизнь трудового народа»{93}.

Олонецкий уездный съезд советов принял 13 декабря 1921 г. решение послать в Финляндию делегацию из представителей всех волостей уезда и поручить ей обратиться к рабочим и крестьянам Финляндии с просьбой оказать давление на финляндское правительство и заставить его отказаться от своих притязаний на Советскую Карелию, так как население Советской Карелии не желает порывать с Советской Россией. Делегации этой правительство Финляндии не разрешило, конечно, въезд в Финляндию.

Чем дальше в глубь Карелии продвигались белофинны, тем выше поднималась волна народного гнева и возмущения белофинской интервенцией. Перед эвакуацией советскими войсками Ребол жители, собравшись на сходку, постановили оказать помощь Советской Армии в борьбе с белобандитами и обратились с воззванием к карельскому народу. «Среди глубокого мира наступают карельские кулаки и кронштадтские мятежники, [74] — говорилось в этом воззвании, — Это есть самое преступное наступление, так как жизнь начала налаживаться. Разорение, принесенное с собою белофиннами, их грабежами, поджогами и убийствами, оставляет в наших сердцах чувства, что они хуже зверей. Берите оружие против бандитов. Да здравствует советская власть, защищающая крестьян и рабочих и охраняющая нашу жизнь и свободу»{94}.

По мере расширения белофинской интервенции в Карелии возмущенное карельское население все решительнее требует от Советского правительства принятия самых суровых мер для обуздания зарвавшихся захватчиков и обещает свою помощь и полную поддержку. Рабочие города Лодейное Поле писали: «Мы готовы отдать все свои силы и знания, а если потребуется, то и жизнь, и вполне уверены в том, что сумеем найти дорогу в Гельсингфорс и предъявить для оплаты счет тем, кто хотел насильно отнять последний кусок пропитания у истерзанного карельского трудового народа»{95}.

К лодейнопольским рабочим присоединяли свой голос и рабочие станции Медвежья Гора. «Мы категорически протестуем, — писали они, — против нового наступления, отрывающего нас от нашей мирной работы, но если нужно будет, то мы возьмем винтовку и вновь докажем, как нам дорога свобода»{96}.

Рабочие и служащие станции Сорока на своем митинге приняли решение «произвести добровольное пожертвование в пользу красноармейцев, борющихся против белогвардейских банд в Карелии, кто чем может: деньгами, обмундированием, бельем, продовольствием и другими вещами, требующимися в поход...»{97}.

Железнодорожники станции Масельская заверяли: «Мы напряжем все усилия, чтобы не дать белым занять я отрезать нашу Красную Карелию. Для этого мы должны усилить работу нашего транспорта, а остальное сделает наша Красная армия»{98}.

Рабочие лесопильного завода № 37/38 писали: «Приветствуем наше рабоче-крестьянское правительство [75] и коммунистическую партию, которые в течение кровавой четырехлетней борьбы за власть рабочих и крестьян выходят победителями. Мы все, как один, говорим, что мы твердо стоим на защите нашего Советского правительства и октябрьских завоеваний. Все, как один, по первому зову готовы выступить на защиту власти рабочих и крестьян»{99}.

К голосу карельских пролетариев присоединило свой голос и трудовое крестьянство Карелии. Крестьяне Селецкого общества приняли на своем митинге следующую резолюцию: «Мы, граждане Селецкого общества, клеймим позором бандитов, безусловно находящихся под опекой финской и мировой буржуазии. Действия Советского правительства по обороне Советской Карелии признаем вполне правильными и все, как один человек, только и желаем, чтобы скорее ликвидировать презренные, банды, каковые нарушили нашу мирную жизнь и нанесли нам неисчислимые страдания и бедствия. Мы обещаем всемерную поддержку правительству по обороне Карелии. Советское правительство может вполне рассчитывать на то, что мы не желаем надеть на себя ярмо финской буржуазии. Приветствуем нашу Красную армию, борющуюся за трудящихся Карелии. Да здравствует Советская власть! Да здравствует Советская Трудовая Карелия!»{100}

«Мы, как один, — заявляли крестьяне деревни Севдозеро, — по первому требованию правительства станем на защиту Трудовой Карелии и будем всячески помогать в борьбе с бандитами»{101}.

Начальник милиции Богоявленской и Ругозерской волостей сообщал в своем донесении: «На всех волостных съездах выносились резолюции о поддержке рабоче-крестьянской власти и протесты против буржуазии и особенно против Финляндии, которая желает закабалить под свое иго Карелию... На общих собраниях выносились резолюции, в которых клеймят и проклинают тех, кто пошел на эту авантюру. Желание населения скорее ликвидировать бандитизм видно повсюду. Без малейших колебаний они всемерно помогают передвижению [76] войсковых частей, подвозке продовольствия и всем, чем только могут»{102}.

Трудовое крестьянство Карелии заявляло о своей готовности всеми силами помогать доблестной Советской Армии в ее борьбе с белофинскими налетчиками. «Мы будем напрягать все усилия, чтобы помочь нашей защитнице Красной армии стереть с лица земли всякого, кто посмеет нанести ущерб нашей коммуне»{103}, — писали в своей резолюции крестьяне села Лульбуни. Объединенный митинг крестьян деревни Лукской и села Пергуба заявил: «Даем клятву, что до тех пор не выпустим винтовки из своих рук, пока не уничтожим всю белогвардейщину»{104}.

Жители деревни Севдозеро обращались к Советскому правительству с требованием «принять меры к тому, чтобы белые банды были ликвидированы как можно скорее, чтобы крестьянину опять взяться за мирный труд»{105}.

В ногу с рабочими и крестьянами Карелии шла и карельская трудовая интеллигенция. Вот одна из типичных резолюций: «715 конторских служащих Лодейного Поля протестуют против попыток Финляндии нарушить мирную работу РСФСР и вовлечь ее в новую войну. Мы требуем принять все меры, вплоть до вооруженного сопротивления бандам белой Финляндии в их попытках захватить Красную Карелию!»{106}

Молодежь Карелии, охваченная негодованием, горела желанием пойти в бой за свою родную Советскую Карелию. Молодежь города Лодейное Поле приняла на своем митинге резолюцию, в которой говорилось: «Мы требуем немедленного прекращения бандитизма и заявляем, что если молодежь Лодейного Поля в 1919 году вся, как один, отправлялась против белофиннов, то, если потребуется, мы сейчас все, как один, пойдем на борьбу с бандитизмом... Нет другого ответа на действия бандитов-разбойников, как только смерть и беспощадное уничтожение. Мы клянемся положить свои головы за [77] Советскую Карелию»{107}. Не менее горячее возмущение охватило и крестьянскую молодежь Карелии. Молодые крестьяне Лодейнопольского уезда писали: «Мы горячо протестуем против политики финляндского правительства, свободно пропускающего банды. Земля-кормилица наша не должна быть осквернена палачами-бандитами. Мы обращаемся к крестьянской молодежи Финляндии призвать к порядку свое правительство...»{108}.

Трудящиеся Карелии знали, что они не одиноки в своей борьбе против чужеземных захватчиков. Они были уверены, что Советская Россия не отдаст врагу ни одного вершка своей территории. Сила великого русского народа, поддержку которого они повседневно ощущали, придавала им силы в борьбе с врагом.

В обращении Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета к карельскому народу, опубликованном еще в сентябре 1920 г., говорилось: «Правительство Советской России с радостью приветствует вновь народившуюся Карельскую Трудовую Коммуну, вступающую в семью трудовых советских республик, и оно проникнуто глубокой уверенностью в том, что Карельская Коммуна будет развиваться и процветать как борец за власть рабочего класса на отдаленной северозападной окраине Федеративной Советской Республики. Правительство Советской России дает Коммуне обещание, что оно будет всемерно поддерживать ее и защищать ее в ее работе»{109}. И когда настал грозный час, когда зарубежные бандиты снова накинулись на трудовую Карелию, великий русский народ, верный своему слову, протянул братскую руку помощи трудящимся Карелии.

Лишь только разнеслась по стране весть о новом налете белофиннов на Карелию, негодование и гнев охватили весь советский народ. «Руки прочь от Советской России. Руки прочь от свободных карелов, — говорится в письме группы рабочих-металлистов в редакцию «Известий». — Мы уверены, что наша власть услышит наш голос негодования. Мы знаем, что наш крик будет услышан во всех концах Советской России, и те, что любят [78] свой труд и свободную Россию, возьмутся за оружие, чтобы по первому призыву выступить снова на поле брани. Этого призыва от советской власти мы ждем, и пусть не просят позднее пощады эти зарвавшиеся фабриканты и банкиры. Они нас заставляют браться за оружие и за это должны поплатиться»{110}.

Демобилизованные красноармейцы заявляли на страницах той же газеты: «Мы требуем, чтобы нам дали мир. Если для этого снова потребуется встать в ряды армии, то мы готовы на это»{111}.

Петроградский пролетариат был в авангарде защитников Советской Карелии, оказав основную материальную и военную помощь трудящимся Карелии. Возмущенные белофйнскими налетами на Карелию питерские пролетарии выносили на своих собраниях гневные резолюции протеста.

От имени всех трудящихся Петрограда «Петроградская правда» в декабре 1921 г. писала: «Нельзя позволить грабителям и налетчикам нарушать мирный труд и порядок, защитником которого является советская власть, — нельзя давать финскому правительству возможности срывать подписанный им самим мирный трактат. Пусть финская буржуазия знает, что Советская Россия сумеет заставить ее уважать обязательства и всеми имеющимися в ее распоряжении средствами воспрепятствует попытке кучки бандитов навязать трудовому народу Карелии ненавистное ему иго капиталистов»{112}.

6 декабря 1921 г. пленум Петроградского Совета рабочих и красноармейских депутатов, посвященный событиям в Карелии, заслушал доклад о белофинских налетах на советскую Карелию и выступления представителей петроградских пролетариев и красноармейцев, требовавших сурового наказания белофинских налетчиков. Пленум единодушно принял резолюцию, в которой говорилось: «Петроградский Совет настаивает на том, чтобы центральная власть РСФСР раз навсегда положила конец проискам финляндских белогвардейцев. Российская Советская Республика достаточно сильна, чтобы отучить, [79] наконец, финляндское правительство от нарушения мирного договора.

Красный Петроград особенно заинтересован в установлении нормальных отношений с Финляндией. Но именно поэтому Петроградский Совет, опираясь на волю всех петроградских рабочих и красноармейцев, требует более энергичных мер, которые заставили бы финляндское правительство понять: либо оно будет выполнять договор, либо оно должно будет считаться с Красной Армией...

Петроградский Совет шлет горячее приветствие трудящимся массам Карельской Коммуны, которые вполне могут рассчитывать на помощь со стороны русских рабочих и крестьян в борьбе против напавших на Красную Карелию контрреволюционных банд»{113}.

Это решение Петроградского Совета и последовавшие за ним практические мероприятия по оказанию помощи Карельской Трудовой Коммуне были встречены горячей благодарностью трудящихся Карелии. Радостна приветствовали они своих собратьев — пролетариев Петрограда. Заседавший в это время 10-й съезд советов Олонецкого уезда принял специальное решение, в котором говорилось: «10-й уездный съезд советов Олонецкого уезда Карельской Трудовой Коммуны шлет свой горячий привет петроградским рабочим, четыре года стоящим на страже завоеваний Октябрьской Революции. Теперь, как всегда, петроградские рабочие остались верны себе и когда услышали, что финляндская буржуазия организовала банды для разорения маленькой автономии Карельской Трудовой Коммуны, они сказали, что у пролетарского Петрограда достаточно еще силы, чтобы защитить всех находящихся в тесном союзе с РСФСР. Уездный съезд советов заверяет петроградских товарищей, что никаких восстаний на территории Карельской Трудовой Коммуны не было. Та шумиха, которая была поднята финской буржуазией, есть только инсценировка с целью забрать в свои руки Карелии и ее богатства. Съезд считает, что Карелия окончит борьбу своими силами, а если их нехватит, то попросит помощи у петроградских рабочих и с их помощью раздавит шайки бандитов, орудующих в Карелии, и отобьет [80] охоту у всех желающих порабощения трудящихся масс. Да здравствует авангард революции — петроградский пролетариат!»{114}

От имени трудящихся Карелии Исполком Карельской Трудовой Коммуны послал Петроградскому Совету телеграмму с выражением глубокой благодарности за помощь, обещанную карельскому народу в его борьбе с финскими и белокарельскими бандитами. «В этом обещании, — говорилось в телеграмме, — трудовой народ Карелии видит сочувствие трудящихся РСФСР, и это является самой верной гарантией того, что в ближайшем будущем общими усилиями мы сумеем ликвидировать провокационное нападение белогвардейцев на территорию автономной части Советской Республики»{115}.

Выражая волю всего советского народа, центральный орган нашей партии газета «Правда» 11 декабря 1921 г. напечатала передовую статью под решительным заголовком: «Надо с этим покончить». «Пусть знают все, — говорилось в этой передовой, — что если финская буржуазия неслыханно нагло срывает начало нашего хозяйственного возрождения, то русский народ и финский народ могут поставить, в свою очередь, вопрос о самом праве на существование финской буржуазии».

Эта передовая «Правды» выражала точку зрения Советского правительства, изложенную В. И. Лениным в его докладе на IX Всероссийском Съезде Советов. «Мы идем на самые большие уступки и жертвы, — говорил Владимир Ильич, — идем, лишь бы сохранить мир, который был нами куплен такой дорогой ценой. Мы идем на самые большие уступки и жертвы, но не на всякие, но не на бесконечные, — пусть те, немногие, к счастью, представители военных партий и завоевательных клик Финляндии, Польши и Румынии, которые с этим играют, пусть они это себе хорошенечко заметят»{116}.

Предупреждая провокаторов новой войны, В. И. Ленин продолжал: «Мы не допустим издевательства над мирными договорами, не допустим попыток нарушать нашу мирную работу. Мы не допустим этого ни в коем случае [81] и станем, как один человек, чтобы отстоять свое сушествование»{117}.

Карельские делегаты, приехавшие на съезд, привезли с собой множество резолюций и писем трудящихся Карелии с требованием положить конец белофинской провокации. Особенно примечательно в этом отношении письмо к делегатам съезда, подписанное 430-ю карелами города Лодейное Поле. Приводим его целиком: «Товарищи делегаты IX Всероссийского съезда Советов! К вам, как к хозяину земли русской, обращаем свое слово. Мы, сыны великой Российской Федерации, граждане Карельской Трудовой Коммуны, в числе нескольких сот человек, не принадлежащие ни к каким политическим партиям (беспартийные), перенеся на своих плечах все ужасы 7-летней империалистической и гражданской войн и выйдя из таковых победителями, мы все свои знания, желания и энергию направили на поднятие экономического благосостояния своей истерзанной страны. И усилия наши не пропали даром: с каждым днем край наш в промышленном отношении стал оживать, жизнь вошла в мирную колею с живой, кипучей деятельностью народа, и думалось: «Близок уже тот день, когда мы, окунувшиеся в мирное строительство, увидим плоды своего конечного труда». Но до сих пор еще нет счастья нашему бедному истерзанному народу, нет возможности так скоро осуществить свои думы, и они на долгое время останутся только думами, ибо наш заклятый враг — мировой капитал и его верные прихвостни в лице финской буржуазии, гг. Савинковых и К° нарушили наше мирное строительство, двинув вооруженные банды бежавших за границу русско-карельских бандитов и заграничных бандитов для избиения мирных безоружных карельских граждан лишь только за то, что они трудились для улучшения своего быта и быта общего карельского народа на основе свободного советского строительства. Эти бандиты, вырезывая и расстреливая трудовых крестьян Карелии, хотят закабалить свободный трудовой народ к себе в рабы, чтобы воспользоваться всеми как лесными, так и озерными и кедровыми богатствами нашего края, якобы на принципе «автономности и свободы Карелии». Но мы [82] уже знаем эти принципы «автономии», часть из нас испытала их в 1919 году при Миллере, а потому и говорим: Не бывать этому! Мы не допустим своего порабощения. Лучше смерть, чем рабство. Но это не все, и не это основа нашего письма. Кровь наших невинно погибших братьев от руки бандитов вопиет о мести. Мы не националисты и, как таковые, вражды к финскому трудовому народу не имеем, но к врагам трудящихся — к палачам, бандитам и убийцам — мы будем беспощадны и, если дальнейшие обстоятельства потребуют того, то свободно найдем дорогу к дворцам выборгских и гельсингфорсских застрельщиков, переведя их в «чертоги» Деникина и Колчака.

Мы обращаемся к вам, дорогие товарищи, и просим: скажите свое веское слово гельсингфорцам. Иначе мозолистая рука русского и карельского рабочего и крестьянина вырвет с основанием из тела зловонную болячку.

Примите наш горячий привет и искренние пожелания успешной работы IX Всероссийского съезда Советов»{118}.

В декларации IX съезда Советов по международному положению белофинская авантюра в Карелии рассматривалась как акт открыто враждебной политики Финляндии по отношению к Российской Республике. «Финляндия, — заявил съезд, — превращается, таким образом, в аванпост мировой контрреволюции с ее неуклонным стремлением продолжать систему интервенции для свержения советской власти»{119}.

Таким образом, требование советского народа было единодушным — проучить зарвавшихся белофиннов, положить конец издевательствам над трудящимися Карелии, заставить Финляндию уважать договоры, заключенные ею с Республикой Советов.

В своей борьбе против белофинских захватчиков карельский трудовой народ встретил также помощь и поддержку финского и международного пролетариата. В этом факте нашли ярчайшее подтверждение слова Владимира Ильича Ленина о том, что «Как только [83] международная буржуазия замахивается на нас, ее руку схватывают ее собственные рабочие»{120}.

Рабочий класс Финляндии еще не успел оправиться после тяжелого поражения, нанесенного ему в 1918 г. финскими белогвардейцами и германскими интервентами. Коммунистическая партия Финляндии была еще молода и слаба и находилась в глубоком подполье. Заметную роль в Финляндии играли социал-демократы, как и везде, предававшие рабочий класс, фактически поддерживавшие правительство Венола по всем вопросам, в том числе и в его карельской авантюре. Несмотря на это, финский рабочий класс, разоблачая империалистические планы своего правительства, лишал его возможности открыто выступить против Советской России.

Трудящиеся Карелии и Советской России знали, что их союзником является пролетариат всего мира, поэтому к ним, к своим братьям по классу, обращались за поддержкой и помощью борцы за Советскую Карелию.

Исполком Карельской Трудовой Коммуны обратился к трудящимся Финляндии и Скандинавии с воззванием, в котором писал: «Товарищи финские и скандинавские рабочие! Докажите на деле, что наш лозунг: пролетарии всех стран, соединяйтесь, не является пустым звуком»{121}.

К пролетариям Финляндии обращались и трудящиеся Петрограда. «Товарищи! Ваши эксплоататоры и военная клика в интересах своих и французских капиталистов подготовили удар нашей трудовой советской республике, — говорилось в обращении петроградских печатников. — Не допускайте этого нового кровопролития. Заявите громко, что если активисты-белогвардейцы{122} жаждут рабоче-крестьянской крови, то пусть знают, что они наткнутся на острые штыки Красной армии и крепкие кулаки финского пролетария»{123}.

Сразу же после нападения белофиннов на Советскую Карелию трудящиеся Финляндии развернули широкую кампанию по разоблачению империалистических замыслов [84] белофинских авантюристов, срывая с них маску «милосердия» и «сочувствия» «братьям-карелам».

Орган социалистической рабочей партии Финляндии «Финский работник» в номере от 9 декабря 1921 г. писал: «Это — грабительская война, которую финляндские белогвардейцы, при содействии нынешнего финляндского правительства, ведут против российского Советского правительства на территории Карельской Трудовой Коммуны и к которой, несмотря на беззастенчивую провокацию и белый террор, не могли привлечь в более или менее значительной мере карельцев. Кровь, голод и нищету сеют опять финляндские белогвардейцы среди мирного населения Карелии»{124}.

Вся рабочая печать Финляндии разоблачала провокационную политику финского правительства, публикуя факты и документы, свидетельствовавшие о руководящей роли правительства в нападении на Советскую Карелию.

Даже некоторые социал-демократические газеты под давлением трудящихся вынуждены были помещать материалы, разоблачавшие финляндское правительство. Правда, помещая подобные материалы, они сопровождали их многочисленными оговорками, но все же были вынуждены кое-что печатать, дабы не потерять окончательно влияние на рабочий класс Финляндии.

Так, например, газета «Социальдемократти» в номере от 18 ноября 1921 г. писала: «Хотя и не наше дело решать вопрос, кто виноват в карельских событиях (?!), но заслуживает внимания выясненный следствием факт, что даже после заключения Юрьевского мира из Финляндии отправлялось вооружение в восточную Карелию. Выяснилось, что поставщиком оружия были представители правительства в пограничной полосе»{125}.

В период с ноября 1921 г. по февраль 1922 г. по всей Финляндии, в знак солидарности с трудящимися Советской России, проходили рабочие демонстрации и митинги протеста против нападения на Карельскую Трудовую Коммуну.

В середине декабря 1921 г. в Гельсингфорсе состоялось многолюдное рабочее собрание, которое обратилось [85] к социал-демократической парламентской группе с предложением немедленно внести в правительство запрос по поводу карельских событий и потребовать от него прямой и ясный ответ относительно существующих на территории Финляндии организаций, поддерживающих интервенцию в Карелии, так как уверения финляндского правительства, приведенные в его ответной ноте Советскому правительству от 12 декабря, судя по фактам и газетным сообщениям, не соответствуют действительности.

30 декабря многолюдное рабочее собрание, происходившее в Рабочем доме в Улеаборге, приняло резолюцию, предостерегавшую финляндское правительство от наступления на Карельскую Трудовую Коммуну и объявления войны Советской России. Собрание выразило сочувствие той борьбе, которую вели русские рабочие и крестьяне с внешним врагом, и заявило, что финский рабочий класс будет всеми мерами бороться с официальными и неофициальными планами войны и грабительских походов против Советской России и Карельской Трудовой Коммуны. Улеаборгские рабочие обратились ко всему организованному пролетариату с призывом бороться с военными замыслами буржуазии.

Аналогичные собрания проходили и в других промышленных центрах Финляндии. Состоявшийся в конце января 1922 г. в Гельсингфорсе съезд безработных Финляндии принял резолюцию протеста против антисоветской деятельности финляндского правительства и решил бойкотировать все предприятия, принимающие какое-либо участие в карельской авантюре.

15 января 1922 г. в Финляндии, несмотря на запрещение полиции, состоялись многочисленные рабочие демонстрации. Только в одном Гельсингфорсе в демонстрации участвовало около 6 тысяч человек. Много демонстрантов было арестовано.

В январе 1922 г. на севере Финляндии, на заводе «Вяррио», вспыхнуло восстание лесорубов. Восставшие организовали партизанский отряд численностью в 250 человек и с боями стали пробиваться на помощь Советской Карелии. В пути отряд вырос за счет рабочих и крестьян окрестных районов. Финская буржуазия не на шутку перепугалась. Перед нею снова встал грозный призрак революции. Против восставших были брошены крупные [86] силы регулярных войск и шюцкора, которым удалось подавить восстание.

Борьбу финских народных масс против белофинской реакции возглавляла финская социалистическая рабочая партия, работавшая под руководством коммунистов. 30 декабря 1921 г. Центральный Комитет этой партии обратился к финской социал-демократии с предложением «образовать общий фронт против организованных финской буржуазией грабительских походов, направленных против Советской России, и приступить к решительной борьбе для поддержания Юрьевского договора, а также с целью заставить финляндское правительство отозвать на финляндскую территорию отряды, перешедшие границу и занявшие пограничные села»{126}.

5 января 1922 г. Центральный Комитет социал-демократической партии Финляндии опубликовал ответ на это предложение. Социал-демократы отказались от образования единого фронта, пытаясь прикрыть свой отказ клеветой и гнусными обвинениями по адресу Советской России. Больше того, глава социал-демократии Финляндии Таннер{127}, выступая в сейме, злостно клеветал на Советскую Россию, перепевая шюцкоровские мотивы об «угнетении Карелии большевиками». Социал-демократия осталась верной буржуазии. Недаром эсер Брушвит, вернувшись из своей поездки по Прибалтике весной 1921 г., сделал вывод, что хотя «оформить организационные связи с финскими социал-демократами не удалось, но это вполне возможно (курсив наш. — С. X.)»{128}.

17 января 1922 г. финляндская социалистическая партия опубликовала манифест «К борьбе на защиту Советской России», в котором призывала трудящихся Финляндии выступить против финской реакции.

Почти одновременно с нападением на Советскую Карелию финская реакционная буржуазия начала новый поход против трудящихся Финляндии. По всей стране прокатилась волна арестов. Особенно свирепствовала реакция в пограничных с Советской Карелией районах. [87]

Финская рабочая газета «Суомен тюолайнен» писала: «Все пограничные с Россией села и деревни переполнены финскими охранниками и добровольцами, отправляющимися в Карелию. Местные рабочие терроризируются белогвардейцами. Малейшие попытки оказания противодействия белогвардейцам караются смертью. Так, за последние дни на русской границе расстреляны рабочие Рита Пасо, Матти Лейконен и др.»{129}.

Военный министр Финляндии официально потребовал усиления репрессий против левой печати. В результате были арестованы редактор рабочей газеты «Вапаа канса» Луито и рабочий Каркаинен, выступавший на митинге протеста против белофинской интервенции в Карелии. В Ювяскюля были арестованы члены социалистической партии Рипати и Койвусилька за распространение воззвания против белофинского вторжения в Советскую Карелию.

Основной огонь финская реакция направила против социалистической партии. Финляндский министр внутренних дел Ритавуори прямо заявил, что предложение социалистической партии создать единый фронт является государственной изменой. В течение января 1922 г. по всей Финляндии происходили массовые аресты деятелей социалистической партии. Особенно усилились аресты перед 26 января — годовщиной революции в Финляндии. Арестованные члены Центрального Комитета социалистической партии были преданы суду за опубликование обращения о создании единого фронта и воззвания «К борьбе на защиту Советской России».

Террор финской реакции вызвал глубокое возмущение трудящихся масс Финляндии. В начале февраля 1922 г. в Гельсингфорсе состоялось многолюдное собрание рабочих, которое приняло следующую резолюцию: «Манифест 17 января был издан социалистической партией только с целью сохранения мира между Россией и Финляндией. Выставленное буржуазией против рабочих обвинение в государственной измене является простым провокационным приемом, посредством которого она старается парализовать работу финских социалистических партий. Объединенное собрание финского пролетариата призывает всех трудящихся Финляндии общими [88] силами выступить против военного пыла буржуазии и в защиту Советской России. Необходимо добиться полной свободы действий финской социалистической рабочей партии. Необходимо добиться немедленного освобождения арестованных вождей рабочих»{130}. Резолюция заканчивалась призывом к трудящимся Финляндии создавать и укреплять единый фронт борьбы против реакции, в защиту Советской России.

Несмотря на террор белофинского правительства, движение трудящихся Финляндии в защиту Советской России росло и крепло, срывая военные замыслы белофинских империалистов.

Финские рабочие-эмигранты, жившие в Америке, с сочувствием и вниманием следили за героической борьбой карельского народа против белофинских захватчиков. В начале января на средства, собранные финскими рабочими-эмигрантами, из Америки в Мурманск вышел пароход с продовольствием, обувью и одеждой для трудящихся Карелии.

В защиту Страны советов и карельского народа выступил и пролетариат Скандинавии. Шведская рабочая газета «Фольксте дагблат политикен» опубликовала воззвание, в котором предупреждала финскую и шведскую буржуазию, что «Если события в Карелии приведут к серьезному военному конфликту между Советской Россией и белой Финляндией, то тогда создастся такое положение, что шведский рабочий класс принужден будет определить свою позицию: или вместе с объединенным рабочим классом Финляндии и Советской России или против него. Наш лозунг, — говорилось в воззвании, — это объединенная борьба против белых финнов»{131}.

Коммунистическая партия Швеции в январе и феврале 1922 г. организовала сбор средств в помощь Советской Карелии. На собранные деньги в начале февраля 1922 г. был отправлен в Карелию из Швеции поезд с медикаментами, санитарным оборудованием и т. п. Этот братский подарок помог трудящимся Карелии в их борьбе с последствиями белофинского налета, с эпидемиями и болезнями. [89]

Трудящиеся Финляндии и Скандинавии оказали немалую услугу советскому народу в его борьбе против белофинских захватчиков, за независимость Советской Карелии.


Хесин С. С. Разгром белофинской авантюры в Карелии в 1921–1922 гг.: Военно-политический очерк. — М.: Воениздат МВС СССР, 1949. — 152 с.

Карелия СССР

  • Обратная связь
  •  

Советская Карелия

kalarokka, lyhytpajo, АКССР, Авель Енукидзе, Александровский завод, Архип Перттунен, Беломорск, Беломорско-Балтийский канал, Березин Николай Ильич, Валаам, Великая губа, Видлица, Водла, Водлозеро, Вокнаволок, Вохтозеро, Гельсингфорс, Дмитрий Бубрих, Заонежье, Иван Фёдорович Правдин, Известия Архангельского Общества изучения Русского Севера, Ипатов Василий Макарович, Ирина Андреевна Федосова, К-ФССР, КАССР, КФССР, Калевала, Калевальский район, КарЦИК, Карелгранит, Карело-Финская ССР, Карельская АССР, Карельская Трудовая Коммуна, Карельские народные сказки, Карельский фронт, Каронегсоюз, Кемь, Кереть, Кестеньга, Кижи, Киндасово, Кирьяжский погост, Колхозойн Пуолэх, Кондопога, Кончезеро, Кончезерский завод, Корельский уезд, Кюлолакшский погост, Ладожское озеро, Лесков Николай, Лопские погосты, Лососинка, Лоухский район, Маннергейм, Мариинский канал, Марциальные воды, Маршруты по Карелии, Мегрега, Медвежьегорск, Михаил Калинин, Нюхча, Обонежье, Озеро Укшезеро, Олонец, Олонецкая губерния, Олонецкие губернские ведомости, Олонецкий край, Олонецкий уезд, Онего, Онежское озеро, Пертозеро, Петр I, Петр Алексеевич Борисов, Петр Мефодиевич Зайков, Петровский завод, Петроглифы Карелии, Петрозаводск, Петрозаводский уезд, Повенец, Повенецкий уезд, Подужемье, Приладожье, Пряжа, Пряжинский район, Пудож, Пудожский район, Пудожский уезд, Рокаччу, Сердоболь, Спасская губа, Тойво Антикайнен, Топозеро, Унелма Семеновна Конкка, Ухта, Ухтинская республика, Федор Глинка, Шуньга, Шуньгский район, Шюцкор, Эдвард Гюллинг, Элиас Лённрот, Юшкозеро, Ялмари Виртанен, белофинны, бычок-подкаменщик, валун карелия, варлаам керетский, вепсы, геология карелии, гражданская война в карелии, густера, елец, ерш, знаменитые люди карелии, изучение карельского языка, интервенция в карелии, кантеле, карелиды, карелия карелы, карело-финский эпос, карелы, карельская еда, карельская изба, карельская карта, карельская кухня рецепты, карельская национальная кухня, карельская письменность, карельская свадьба, карельская частушка, карельские грамоты, карельские диалекты, карельские загадки, карельские заклинания, карельские обряды, карельские пословицы, карельские предания, карельские причитания, карельские руны, карельские сказки, карельские суеверия, карельские традиции, карельские частушки, карельский крест, карельский фольклор, карельский язык, карельское поморье, кареляки, кемский уезд, коллективизация 1930, колюшка, корела, корюшка, лещ, ливвики, лопари, лосось, луда, людики, монастыри карелии, мурманская железная дорога, налим, наука карелия, одежда карел, озера Карелии, окунь, олонецкие заводы, олонецкий район, палия, плакальщица, плотва, поморы, причеть, раскулачивание 30 годов, река Суна, река Шуя, рекрутская песня, рунопевец, рунопевцы, русский фарфор, рыба в карелии, ряпушка, саамы, сиг, словарь карельского языка, староверы и старообрядцы, старокарельское блюдо, судак, сямозеро, туристические маршруты по карелии, уклея, финно угорские языки, финны, финская интервенция, финская оккупация, хариус, чудь, шунгит карелия, щука, язь, ёйги

Показать все теги

Популярное